С миской спелых вишен под яблоней. И говорить будем…

Вот не покидает ощущение, как доктора Лизу встретят все.

«Блаженны чистые сердцем…»

Это о нём.
Мой больной Н. Которого любили все в нашей команде . Который любил всех нас, каждого —  по — своему, но любил.
Его отдали мне в ноябре с прогнозом , при благоприятном течении,  в две  недели. Мы дожили до вчера.
Мы боролись. За  ещё один месяц, потом за неделю, потом за дни.  И за час боролись тоже. Он боролся вместе с нами. Сейчас я понимаю не потому, что хотел, а потому что жалел нас. Потому что,  как и сказала, любил. Я всё больше убеждаюсь в том, что эти два чувства идут рядом.
И со «злом» боролся, которое бродило где — то  около . Это он в одиночку.
— Ну, Н., ну я тебя очень прошу давай что — нибудь скажу тем …ну тем плохим, которые тебя обижают.
— Лииииз! Они не плохие — они коварные.
— Накажем?
— Нет.
— Простим?
— Не наше это дело. А потом простим. Мы всех простим.

— Это кто?
— Это Петрович, мой друг.
— Аааааа. Лиииииз! Петрович теперь мой большой друг.
— А Серега?
— Хороший друг.
— А Ленка?
— Подруга.
— А ты, Н., моя радость.
— А ты — моя радость.
Он смотрел на меня детскими ярко — голубыми глазами и смеялся в голос. До слёз. Своих и моих.
— И ты, Лииииз, бросишь работу, и мы поедем на дачу. Жить там будем.
— Да?
— Да. Я же люблю тебя.
— Поедем. А ребята из команды?
— С нами. Ленка пусть книжки читает и в саду гуляет . Шофер мясо пожарит.И говорить будем. Как сейчас говорим.

— А мы с тобой?
— А мы — любить будем.
— А как — любить?
— Сильно очень. Я стол поставлю под яблоней. Ты будешь пить чай, а я буду приносить тебе вишни.
В миске.
— Вместе собирать будем?
— Нет. Я один. Ты будешь их есть.
— А потом мы будем играть косточками из вишен?
— Будем.

— Я уеду на два часа, но ты дождись меня. Мне нужно привезти лекарства. С тобой останется Петрович.
— Дождусь. Не бойся.
Я боялась и Серега гнал машину к нему, ни говоря ни слова.

Он дождался — мы так  мало верим , Господи  — и сказал вчера :

— Такой я счастливый. Умираю, а ты успела и все собрались друзья.

Мы держались за руки, на руках он и отошёл от нас.
— Ты на похороны приди, Лииииииз. Свечку поставишь, а я посмотрю.
Это за три месяца до смерти…

Он знал, когда  мне не просто.  Не задавал вопросов, которые задают все или почти все.  Чувствовал всё, что происходит и решал сам, стоит говорить об этом или нет и умел уловить то, что я уловить не умею.

— Лиииз!
Никто никогда не звал меня так. И не позовёт больше. Пока не встретимся. С миской спелых вишен под яблоней.

У Бога все живы.

Добавить комментарий

Перепечатка материалов сайта в интернете возможна только при наличии активной гиперссылки на сайт журнала «Солнце России».
Перепубликация в печатных изданиях возможна только с письменного разрешения редакции.

#