Дочь митрополита 2

Нынешний украинский раскол – калька обновленческого. И действия Фанара схожи[1]. Прелюбодеяние.

Митрофорный протоиерей Валентин Радугин[2], будучи гоним советской властью, одно время преподавал в Одесской семинарии.

Уже тогда прельщенному виллами да респектабельными авто сексоту Филарету Денисенко, надо было разоблачиться до плавок, чтобы опростаться от прослушки. И вот заплыли они как-то далеко в море и преподаватель Канонического права не выдержал:

– Ты – монах, и завел жену, детей?!!

– А! Ничего, – отозвался тот.

Его часто сравнивают с митрополитом Александром Введенским[3], несостоявшимся «первоиерархом» обновленчества.

Мы поговорили с дочерью митрополита. Она из внебрачных и знает других таких же внебрачных детей своего отца. При том, что и браков у него было три. В том числе заключаемых и до и после «епископской» хиротонии.

Встретились мы с Зинаидой Александровной в день похорон ее сестры по отцу Ольги Александровны (рожденной в одном из трех браков).

Сестры не общались, но когда при смерти оказался один из братьев по отцу, Зинаида Александровна, пытаясь ему помочь, встретилась с его тоже по отцу, но не по матери сестрой (многочисленные дети от браков, по крайней мере, знали друг о друге). А потом уже стала помогать самой Ольге, узнав, что та пытается покончить жизнь самоубийством.

Предложила оставить  увлечение Блаватской и креститься в Православной Церкви.

Сама Зинаида Александровна рождена перед самой войной в 1940-м году мамой-школьницей, соблазненной женатым «митрополитом», которому было за 50, а у него параллельно существовали еще и другие связи, что еще до сих пор открывается… Едва родившись, оказалась при смерти. Отец, как рассказывали, «снял с себя крест» и сам ее крестил. Крестить-то может любой мирянин, но отец-митрополит был отлучен от Церкви…

Так он в младенчестве крестил и Ольгу.

– Страшно остаться без Крещения, – рассудил, выслушав все это, духовник Данилова монастыря Москвы архимандрит Даниил (Воронин) и благословил креститься.

Так обе сестры, хотя и в разное время, уже во взрослом возрасте были крещены в Православии.

Ольга умерла все же своей смертью. Тяжело, претерпевая рак, когда ткани уже разлагались, и рада была, но все никак не могла уйти. За две недели до кончины причастилась.

Зинаида Александровна и в свои 78 усердно трудится требной сестрой. Помогает в онкодиспансере людям зачастую впервые в жизни подготовиться к исповеди и причастию.

– Зинаида Александровна, как вы воцерковились? – спрашиваю.

– Я закончила Университет нефти и газа имени И.М. Губкина и осталась там на кафедре работать. Студенты, я уже знала, ходили в Донской монастырь на уборку территории. Пошла с ними, и пока моя приятельница-коллега объясняла им что-то про архитектурные стили, я замерла перед могилой келейника Патриарха Тихона – Якова Анисимовича Полозова… Потом стала больше узнавать о самом святителе…

Скажу сразу: всей той деятельности, которой печально известен мой отец, я не разделяю. Как и его взглядов. Многое и того, что он делал и заявлял, меня просто ужасает.

Приду, помню, к гробнице Святейшего Тихона, встану на коленки: «Простишь ли ты его?..»

Когда 18 ноября 1991 года в Малом Донском соборе случился пожар, предваривший обретение мощей святителя[4], мы пришли сутра на службу: запах гари… А молиться невероятно легко! Точно что-то перегорело и отпустило.

Потом приехал, помню, в монастырь владыка Василий (Родзянко). Весна. На нем белое облачение, а по низу какие-то незамысловатые вышиты цветочки. Сам он весь убеленный сединой, величественный, красивый. Прихожу к нему в келью, а он мне вдруг встает навстречу! Я была так поражена. Так он еще и на колени встал, чтобы помолиться вместе со мной о моем родителе.

– Это страсти, – сказал, когда я спросила про отца. – Все мы им подвержены.

А однажды в Донской монастырь приехал сербский Патриарх Павел! Было ощущение, что это не первоиерарх, а простой смиренный монах предстоит Богу на Литургии. Я потом уже узнала, что и ездил он на трамвае. Всей душой потянулась к нему.

Есть какая-то таинственная непрямолинейная связь между тем, как живут родители, и чем это потом аукается в переживании ими рожденных. Когда я достигла возраста, в который мой отец вступил в связь с моей мамой, мне стала непереносима даже просто мысль о плотских отношениях. Говорят, что и негативный опыт может – от противного – воспитывать детей.

Как-то раз я там, в Донском, прочитала где-то рядом с расписанием богослужений объявление: «Приходите молиться о спасении России. Читать Акафист иконе Божией Матери “Державная”. В 13.30 каждое воскресенье. Метро “Кропоткинская”».

Мой отец был последним до взрыва настоятелем храма Христа Спасителя, от тех времен передал мне бронзовый образ Спаса Нерукотворного, – мы его потом передали в новопостроенный храм.

А тогда, помню, прихожу, а там еще бассейн «Москва». Прямо стоя на улице, мы там пели нараспев Акафисты “Державной” иконе Божией Матери, а потом и Царю Николаю, которого я уже давно почитала.  Сначала были только миряне, потом отец Владимир Ригин, другие батюшки стали приезжать…

После мы и крестными ходами ходили. Тогда такое время было, Господь щедро к Себе измученных людей призывал.

А в Донском монастыре тогда отец Тихон (Шевкунов) появился… У меня мама болела. Ей инопланетяне явились, как она уверяла, в скафандрах, и она разговаривала с ними… После этого у нее случился инсульт, и она якобы уже не могла встать. Хотя на самом деле могла, но вот такое у нее было внушение…

Я рассказала об этом отцу Тихону. Он сказал, маму надо причастить. Мы даже договорились, что я привезу ее в собор, а он подойдет пораньше.

Приезжаем, помню, в то утро за мамой (у меня уже была своя семья и я жила отдельно), а она:

– Ночью мне было плохо, – зарывается в кровати, – я не поеду.

– Мам, да ты что? Сейчас как на «Скорой помощи» домчимся и мы тебя под руки доведем…

– Нет-нет-нет.

Это было в пятницу, а на субботу и воскресенье мы уезжали с мужем и детьми на дачу.

– Мам, а вдруг ты умрешь? – вырвалось у меня.

– Нет, я не умру, – это самое страшное, чем льстят себе, часто и в онкодиспансере, люди.

Доезжаю до Донского, и мы передоговариваемся, что отец Тихон сам к маме в понедельник со Святыми дарами приедет. Но мама умерла.

Возвращаюсь к ней:

– Мама, что же ты наделала?..

Сообщаю отцу Тихону. Он обещает помолиться, вынуть частичку, а как я доехала до Донского, тут же вручил мне Псалтирь. Читаю, помню, за упокой мамы, а сама думаю: «Все ли правильно я делаю?» Как вдруг она является мне во сне сама и говорит таким упавшим голосом:

– Спасибо за все, что ты для меня делаешь.

Это сон, от которого не было смущения, – даже несмотря на эту по нисходящей интонацию мамы.

Я эту Псалтирь до сих пор храню.

Хотя при молитве за маму были и страхования. Вижу, помню, моя мама лежит в гробу и так зло ухмыляется. А я подхожу к ней и говорю:

– Мама, ведь это же не ты!

Она улыбается, встает из гроба и пытается взять меня за руку. Я начинаю пятится, – за мной какая-то дверь, юркнув за нее, пытаюсь закрыть ее за собою, а мама и через дверь просовывает свою руку и все-таки берет меня за руку. Я взмолилась, и наваждение рассыпалось.

А еще у нас на кафедре работал такой Юрий Андреевич, он практиковал занятия медитацией, выходил из тела и все прочее. Я его не без осуждения, конечно, урезонивала:

– Юрий Андреевич, этого делать нельзя!

В чем осудишь – в том сам побудешь. Помню, какой это был чудовищный опыт на своей шкуре все это испытать. Пусть это и был всего лишь сон, но столь противно явственный… Вот я приподнимаюсь на полом, – уже близкие на меня смотрят как-то недоумевающе… «Только бы мне дальше не полететь», – опасаюсь. И вдруг передо мной открываются роскошные стеклянные высокие двери, а за ними какой-то необыкновенный свет, растения несказанные… Я останавливаюсь на пороге, как вдруг вижу, что за самой дверью, точно готовое ее захлопнуть, стоит такое странное изогнутое существо с черной реденькой шерстью так, что и розовое тельце неприятно так проглядывает… А эта тварь как-то вполоборота, что я вижу только глаз, ядовито-зеленый, и часть неествественно изломанного рта, очень внимательно за мною наблюдает. Я взмолилась, – тут же все это исчезло.

А тогда сразу по смерти мамы в Донском я сразу купила пару свечей, да так их от чего-то и не поставила… Вышла из храма, за ограду обители и так прямо и иду по проезжей части, а навстречу мне так же среди машин старушка вышагивает в черном платочке, как Ангел Божий. Я ей задаю какой-то странный несуразный вопрос:

– Скажите, пожалуйста, – обращаюсь ни с того ни с сего. – У меня покойник… А я купила две свечи и даже не знаю, что с ними делать…

– От церковной свечи ничего плохого быть не может. А поставьте, куда Бог умудрит, – наставляет она.

Прихожу домой и ставлю одну свечу рядом с мамой, а другую на подсвечнике у иконы на столе. Тут заявляется бальзамировщик. Просит почему-то потушить свечи. А как только он ушел, я их вновь зажгла, но поставила уже ту, что на подсвечнике, ближе к маме. А сама иду в соседнюю комнату убираться… Как вдруг чувствую запах гари… Даже отчетливо различаю: паленых волос! Забегаю в комнату: мама горит – волосы у нее вспыхнули. Свеча догорела, а подсвечник был из пластика и расплавился…

Я – опять к отцу Тихону: что делать?

– Поезжайте в Лавру к старцам: отцу Кириллу, отцу Науму, – благословляет он.

Тут же лечу туда, а мне там объявляют: старцы в отпуске.

– А что делать?..

Вышел ко мне иеромонах, и тоже произносит знаковые слова:

– Такое поругание покойника иногда происходит. Когда, например, гроб могут случайно опрокинуть и тело упадет. Это Бог попускает во искупление нераскаянного греха.

Еще вспомнилось из апостола: впрочем сам спасется, но так, как бы из огня ( 1 Кор. 3: 15).

Мама познакомилась с отцом-митрополитом еще до своего совершеннолетия. Ее мать умерла от туберкулеза, когда ей было семь лет. Отца сослали строить «Беломорканал». Остались трое детей, и отдали в семью тети. Я не знаю, каково ей было там. Ее дед, мой прадед по маминой линии, – священник, из Польши. Когда немцы наступали, они бежали в Советский союз, а что здесь могло ждать священника и его матушку?

Мама и оказалась тут девочкой в новой незнакомой стране. И вот встречает того, кто начинает ей уделять внимание. Да еще это и «митрополит». Дело в том, что и бабушка-попадья, которой приходилось и на паперти побираться, «оправдывала» «иерарха», приводя доводы о «премудром Соломоне»… Даже родной отец, когда вернулся из лагеря, пошел было по-мужски разобраться с этим «святым отцом», а вернулся, как говорили старшие, «очарованным».

Рядом с мамой, сколько себя помню, не покидало ощущение сломанной жизни, каких-то разобщенных родственных связей, которые множились и распадались. Я и сама росла неприкаянно. Мама потом вышла замуж, и у меня уже по ее линии появились братья.

Брат, с которым мама вплоть до своей смерти жила через стенку, намучился с тем самым обилием кошек, которых упоминает в своем рассказе «Дочь митрополита» (собственно обо мне) тогда еще архимандрит Тихон (Шевкунов) в своей книге «Несвятые святые». Я даже рада была, что он вывел меня под другим именем, хотя и не вдавался там в жутчайшие подробности.

Живых кошек, по крайней мере из тех, что не разбежались и попались мне на глаза, я насчитала 16. Но сколько же там было мертвых! Я, наверно, мешков 50 мусора вынесла только из одной комнаты, когда начала там убираться. Это были высохшие мумии, они разваливались в руках, а внутри – белые тоже ссохшиеся черви. Вонь стояла даже в подъезде…

***

Сама Зинаида Александровна – в Православной Церкви. Ее дочери и внуки – тоже. У них уже совсем другая жизнь.

Ольга Орлова

1. К 90-летию митрофорного протоиерея Валентина Радугина. «Главное в жизни – доверие Богу и милосердие к ближнему» // http://www.pravoslavie.ru/109836.html

2. Священник Александр Мазырин. Константинопольская Патриархия и обновленческий раскол // http://monasterium.ru/monashestvo/2013-06-03-11-29-20/konstantinopolskaya-patriarkhiya-i-obnovlencheskiy-raskol/

3. Дмитрий Марченко. Обновленцы новые – методы старые // http://www.pravoslavie.ru/76999.html

4. См.: Архимандрит Тихон (Шевкунов). К 20-летию обретения мощей святителя Тихона, Патриарха Всероссийского// http://www.pravoslavie.ru/51718.html

Добавить комментарий

Перепечатка материалов сайта в интернете возможна только при наличии активной гиперссылки на сайт журнала «Солнце России».
Перепубликация в печатных изданиях возможна только с письменного разрешения редакции.

cih.ru